Лаша Малагурадзе: «В Грузии регби уже популярнее футбола»


Лаша Малагурадзе: «В Грузии регби уже популярнее футбола»

Очередная встреча “Енисея-СТМ” и “Красного Яра” планомерно катилась к победе правобережного клуба. Но на последних секундах игры грузинский легионер яровцев Лаша Малагурадзе совершил невероятное. Перехватив мяч, он занёс попытку, а затем, точно пробив реализацию, оформил выигрыш для своей команды.

Мы встретились с одним из самых ярких игроков чемпионата России и узнали, почему у него не ладилось в начале сезона, почему Россия не может на равных соперничать с Грузией и за счёт чего Новая Зеландия играет в регби лучше всех на планете.

— Тренировка давно закончилась, а ты ещё полчаса удары отрабатывал, всегда так поступаешь?
— Не всегда, но три-четыре раза в неделю стараюсь: перед занятием, после тренировки. Привычка с детства. Особенно если удар не идёт — остаюсь и бью.

— Ты успел поиграть в нескольких странах, можешь сравнить тренировки в “Красном Яре” и в других своих командах?
— Мне всё нравится. Уровень хороший. Тренировки в принципе везде похожи, и во Франции, и здесь.

— Теории у вас много?
— Немного, но достаточно.

— Вы разбираете действия всех соперников? Даже тех, кто заведомо слабее?
— Почти всегда перед игрой проходит просмотр сильных и слабых сторон соперника. После матча разбираем ошибки и недочёты.

— Твой переход в “Красный Яр” стал одним из главных событий в российском регби. Как на тебя вышли представители нашего клуба?
— Я мог в России, в частности в Красноярске, оказаться ещё в 2008 году. Тогда “ВВА-Подмосковье” из Монино звал, “Енисей-СТМ” приглашал. Но что-то по документам не срослось. Уехал играть во Францию. Затем вернулся в Грузию. Мой друг Витя Гресев предложил приехать сюда. Свёл меня с президентом клуба, договорились, заключили контракт. Условия меня полностью устроили. Разговаривал с соотечественниками, играющими в Красноярске, слышал только хорошее. У нас созданы прекрасные условия для тренировок и профессионального роста.

— На мой взгляд, начало сезона у тебя не задалось, почему? Потребовалось время на адаптацию, на привыкание к новым партнёрам?
— До перехода в “Красный Яр” несколько месяцев не играл. Да и игра здесь другая. Нужно было время, чтобы привыкнуть. После того как во Франции не подписал контракт, около пяти месяцев не имел игровой практики. Но сейчас уже чувствую, что свои кондиции обрёл. В дальнейшем буду стараться играть ещё лучше.

— Один из самых ярких матчей ты выдал против принципиальнейших соперников — “Енисея-СТМ”. Именно твои попытка и реализация принесли победу. По ходу матча яровцы уступали 0:12, вера в положительный исход не пропадала?
— Дюжина очков не безнадёжное отставание. А в концовке вообще уступали всего шесть баллов. До конца был уверен, что появится возможность для перелома. Не думал, конечно, что всё произойдёт именно так — что мне удастся занести решающую попытку и забить реализацию, — но что шансы будут, не сомневался. Шестиочковое отставание в регби ничто.

— Решающую реализацию, уже после истечения основного игрового времени, ты забил из очень сложной позиции. Понимал, что промахнёшься — и всё, команда проиграет?
— Об этом во время удара вообще не думал. Когда бью, всегда вижу перед собой только ворота и максимально концентрируюсь. Начнёшь размышлять — попадёшь не попадёшь, только хуже будет. Не думать надо, а бить и забивать, такая у меня задача.

— До этой победы вы проиграли “Енисею” два раза подряд, чего не хватило для успеха в тех поединках?
— “Енисей” отличная команда, к тому же во время первой встречи енесеевцы находились в гораздо более лучшем состоянии. Играли в еврокубке, а мы, по сути, только начали сезон, были не в лучшей форме. Поэтому и уступили с достаточно крупным счётом. Второй матч уже провели гораздо лучше, уступили совсем немного. Третий выиграли. Это говорит о том, что мы постепенно входим в свою форму. Идём по правильному пути. Уверен, что к решающим поединкам чемпионата подойдём готовыми на сто процентов.

— Исторически так сложилось, что стратегия игры “Енисея” — постоянное давление, недаром его называют “тяжёлой машиной”. “Красный Яр” действует более комбинационно. Тебе какой стиль по душе?
— Тот, в котором играет моя нынешняя команда, конечно. Быстрая игра руками, комбинации, мне нравится, как мы действуем.

— Ты два раза участвовал в финальной стадии Кубка мира. Это вершина карьеры практически для любого регбиста. Тебе какой больше запомнился — в 2011 году или в 2015-м?
— Конечно, второй. В первый раз я получил травму перед турниром и сыграл только с Аргентиной, всего десять минут. А на прошлогоднем Кубке мира отыграл все матчи. Запомнился этот турнир не только мне, а всей нашей сборной. У нас была задача выиграть две игры, чтобы забронировать место на следующем Кубке мира. Мы своей цели добились.

— Грузию вообще называли одним из открытий Кубка мира. За счёт чего вам удалось настолько здорово сыграть: победить ту же сборную Тонга, которая перед началом чемпионата котировалась повыше?
— Мы долго и планомерно готовились к турниру. Никто не позволял себе расслабиться на протяжении трёх месяцев. Поддерживали друг друга. И тренеры, и игроки верили в успех. Поначалу для нас самой важной была встреча с Тонга, после выигрыша стали готовиться к следующему матчу. Ставили перед собой конкретные цели — побеждать каждого следующего оппонента. Шли от игры к игре. Трёхмесячная подготовка была очень тяжёлой, но она дала результат.

— Когда выходил играть на Кубке мира и видел перед собой заполненные стотысячные трибуны, волнения не было?
— Небольшое волнение перед игрой всегда есть. Но когда начинается матч, оно сразу уходит. А то, что до поединка волнуешься, это хорошие эмоции, они дополнительно мотивируют и заводят.

— Насколько регби популярно в Грузии?
— Думаю, уже популярнее футбола. Всё больше ребятишек занимаются. В Грузии в футбол играли всегда и везде, теперь та же ситуация с регби.

— Чего, на твой взгляд, не хватает России, чтобы выйти на регбийный уровень Грузии?
— Сложный вопрос. Ребята в российской сборной очень хорошие. Не раз играл против вашей команды, порой было очень даже непросто обыграть россиян. На мой взгляд, у нас более сильная линия нападения. Характер у нас покрепче. Были игры, когда вы вроде имели преимущество, должны были побеждать, но в итоге проигрывали.

— Матчи между Россией и Грузией зачастую проходят очень эмоционально, бывало и до драк доходило. После игр выяснение отношений продолжается или нормально общаетесь?
— После матча нет никаких конфликтов и недомолвок. Многие из нас дружат. Регбисты не политики — нам делить нечего. На поле можем подраться, эмоции перехлёстывают, но после игры опять друзья.

— Следующий Кубок мира в 2019 году. Планируешь поехать на третий свой турнир?
— Конечно, если буду в форме и смогу помочь сборной. Но сейчас мои мысли не об этом, всё-таки ещё три года до Кубка мира. Главная цель на сегодня — хорошо играть за “Красный Яр”, помогать ему побеждать.

— Каков по продолжительности твой контракт с красноярским клубом?
— Подписали на три года. Если всё будет нормально, планирую отыграть здесь весь этот срок.

— С городом успел познакомиться?
— Нормальный город. Но мне кажется, слишком много домов, в центре не так красиво, как могло быть. Гораздо большее впечатление произвели люди. Открытые, добрые, отзывчивые.

— За несколько лет во Франции язык выучил?
— Да, хорошо говорил. Понимал и тренера, и партнёров.

— Твоя французская команда даже первое место занимала в одном из дивизионов, что это был за чемпионат?
— Когда играл в “Безье Эро”, стал чемпионом дивизиона “Федерал-1”. Это получается третья по силе лига. Благодаря той победе мы поднялись во второй дивизион.

— Я так понимаю, что даже в третьей лиге Франции уровень регби очень хорош?
— Да. Уровень серьёзный. Есть десяток достаточно сильных команд — французы настоящие профессионалы. А во втором дивизионе играть вообще чрезвычайно сложно.

— Ты встречался на поле со многими отличными регбистами, классными командами, какая из них произвела наиболее сильное впечатление?
— Конечно, Новая Зеландия. Сильнее этой команды я лично не видел никогда. Когда играли на Кубке мира с ней, все мы пребывали в какой-то эйфории от того, что вышли играть с оппонентом такого запредельного уровня.

— Соперничать на равных с новозеландцами невозможно?
— Даже если бы мы выложились на двести процентов, шансов не было бы. Мы шли на игру с намерениями получить удовольствие от соперничества с оппонентом топ-уровня и показать всё, на что способны. Считаю, у нас получилось. Новозеландцы — самая сильная и зрелищная команда в мире. Всегда с удовольствием смотрю за их игрой. Думаю, что тот матч — самый яркий момент во всей моей карьере.

— Танец новозеландских маори “Хака”, который они исполняют перед каждой игрой, произвёл впечатление?
— Конечно. До этого только по телевизору видел, а тут вживую.

— А за счёт чего новозеландцы настолько превосходят соперников: тренируются больше или талант к этой игре у них заложен с рождения.
— Думаю, что у них в крови регбийный талант. Это самый главный вид спорта в Новой Зеландии. Даже не знаю, популярны ли там ещё какие-либо. Все от мала до велика играют в регби. Бог им даёт особенный талант, но это ещё не всё, они много работают, а потом творят на поле сумасшедшие вещи.

— В Красноярске проходит замечательный детский регбийный турнир, для России уникальный, называется “Будущие звёзды овального мяча”. Регбисты “Красного яра” часто приходят посмотреть на решающие поединки, а затем участвуют в награждении. Если тебя позовут на это соревнование, пойдёшь?
— С большим удовольствием! Мне вообще очень нравится смотреть детский регби. Играть с ними. Даже во Франции иногда с детьми тренировался. Для ребят это большой стимул, когда с ними занимается игрок из основной команды.

— А в Грузии есть масштабные детские турниры по регби?
— Раньше не было. Но в последние годы произошёл большой прогресс в этом направлении, проходят фестивали регби. Причём соревнования проводятся в разных городах поэтапно.

— А ты сам во сколько лет в регби пришёл?
— В семь. Параллельно в футбол играл, тоже нравилось, но в шестнадцать остановил свой выбор на регби.

— Почему?
— Получалось лучше. К тому же отец и старший брат также регбисты. Так что другого пути у меня не было. Я вообще долгое время не задумывался о профессиональной карьере. Играл в своё удовольствие, пока в сборную Грузию не попал. Не стань регбистом, наверное, в футбол бы играл — всё равно бы в спорте был. Уверен, что даже когда закончу карьеру, от регби не уйду, буду всё равно играть, пока есть силы. Только вот тренером не хочу быть. Не моё это, слишком нервная профессия.


0
ВКонтакте Facebook На сайте

Имя:

Email: для уведомлений о новых комментариях

Читайте также: