Ирина Бакалейникова: “Чувствую, что в горах кто-то незримый мне помогает”


Ирина Бакалейникова: “Чувствую, что в горах кто-то незримый мне помогает”

О возрасте женщины говорить не принято, однако Ирина Бакалейникова исключение из этого правила. Мастер спорта по альпинизму и скалолазанию родилась в 1959 году. В возрасте, в котором многие уже выходят на пенсию и считают многочисленные болячки, Бакалейникова преподаёт физкультуру в СФУ и до сих пор соревнуется наравне с молодыми спортсменами, претендуя на самые высокие места.

Совсем недавно Ирина Геннадьевна приняла участие в чемпионате России по альпинизму, который проходил на Столбах. Попасть в призёры не удалось, но само выступление получилось достойным.

— На соревнованиях Вы соперничаете с девушками, многие из которых годятся Вам во внучки, где находите мотивацию?

— Моя мотивация закладывалась в течение всей жизни. Жить, работать, учиться — это главные составляющие, с возрастом желание делать что-то может стать меньше, но надо перебарывать себя и заниматься тем, что ты умеешь. А соревнование на скалах такая вещь, что мотивирует сама по себе. Когда дети вырастают, появляется много свободного времени, которое ты тратишь на себя, свои увлечения. Ещё появляется большая потребность делиться тем, что ты знаешь и умеешь, наступает время разбрасывать камни. Я общаюсь с молодыми в университете, на соревнованиях, а они впитывают новое как губка. Всё хотят узнать и понять. Это тоже мотивирует — потребность делиться опытом, приобретённым и в жизни, и в спорте. Желание отдавать с возрастом становится всё сильнее. Что касается непосредственно соревнований, то я выросла на Столбах, на скалах. Физически в них нуждаюсь. Зимой просто не могу. Иногда хочется открыть окно и выпрыгнуть. Долго находиться в помещении невозможно, душит это. Понятно, что работа и так далее, но на воздух, на скалы тянет с неимоверной силой. Как только появляется возможность, иду на Столбы. Они мой наркотик.

— Вы довольны своим выступлением на чемпионате России?

— Чемпионат проходил по новому регламенту без искусственных точек опоры. Для меня в этом не было ничего необычного, мы так называемый тред освоили достаточно давно. Этот стиль наиболее сложный и экстремальный. Моя постоянная напарница переехала в Турцию, а для партнёрши по связке Юлии Борисовой тред был в новинку. Я ей доверяю полностью, именно поэтому и выступали вместе на чемпионате, но всё-таки недостаток опыта именно в треде сыграл свою роль. Что касается результата, то всегда хочется занять место повыше, но получилось как получилось. Само участие доставило большую радость. Лазить без искусственных точек опоры очень интересно.

— Как складывается общение с соперницами на соревнованиях? Нет зависти, когда опережаете гораздо более молодых девушек?

— Общаемся дружелюбно. Девочки часто делают комплименты. Именно в лазании по скалам мой возраст не играет большой роли. Я всё делаю в очень экономичном режиме. Опыт солидный за плечами, он позволяет не паниковать, не делать лишних движений. Возраст чувствую в других моментах. С рюкзаком в горы идти уже непросто. Или когда не выспишься, очень тяжело утром. Порой говорим, что скалолазам море по колено. Всю ночь пил-курил, утром встал и полез. Так вот, я не пью и не курю, но если не выспалась, то чувствую, будто всю ночь именно этим и занималась. Ещё одно. Раньше очень нравилось большое скопление народу. Теперь же это иногда напрягает, нужно время на отдых, чтобы побыть одной, набраться сил. На самой скале я вообще не чувствую, что в чём-то стала хуже, техника и физическая сила не подводят. Главное до скалы дойти, а там уже всё будет нормально.

— В СФУ Вы преподаёте именно скалолазание?

— Я преподаватель физкультуры по специальности “скалолазание”. Оно довольно интересно нашим студентам. Мне вообще кажется, что сейчас случился возврат популярности Столбов. Видимо, у человека есть потребность в природе, в скалах. Люди приходят на Столбы, получают эмоциональный заряд. Много лет не видела семейных пар с маленькими детьми, сейчас же их в избытке. Раньше на Столбы ходил довольно ограниченный круг, едва ли не всех в лицо знали, теперь же туда идёт много народа в своё свободное время. Поход на Столбы стал популярным видом досуга, и это здорово. Любовь к природе закладывается с детства. Если с младых лет приучать, то это останется в памяти навсегда. Если не в горы будет человек потом ходить, когда станет взрослым, то на реку или в лес обязательно будет выезжать.

— А Вы помните, как срослись со Столбами и поняли, что это Ваша жизнь?

— Конечно. Мама привела нас с братом на Столбы, когда мне было 11 лет. Там мы познакомились с детьми их Екатеринбурга. Целый поезд приезжал, сначала все сплавлялись по Мане, потом шли на Столбы. Мы все вместе там лазили. Расскажу одну историю. Когда была совсем маленькой, мы жили на Дальнем Востоке. Я залезла на скалу, а знакомые старшие ребята сняли меня и привели к маме, так она не поверила, что я сама туда забралась. Так что страсть к горам во мне была заложена с самого начала. Тогда уже в 11 лет я на Первый столб взобраться не смогла до конца, на середине стало жутковато. Но затем страх ушёл. Мы всё свободное время проводили на скалах.

— Вы же стали мастером спорта и по альпинизму, и по скалолазанию. Причём получение этих званий разделил огромный временной период.

— Мастером спорта по скалолазанию я стала в 19 лет, а аналогичное звание по альпинизму получила всего семь лет назад. Когда выполнила первый норматив, даже и не осознала важность события. Поехали на всесоюзные соревнования, я совсем молодая была, меня особо никто не знал. Развязка близилась, уже все поздравляли человека, прошедшего маршрут одним из последних. И тут Николай Николаевич Захаров говорит: “Подождите, у нас ещё Ира не лазила”. Прошла маршрут, спустилась вниз, никак время не могла узнать в этой суете. Тут подлетают наши парни, сажают меня на плечи, начинают поздравлять. Оказалось, что выполнила норматив на мастера спорта. Вообще наград завоевала много. Была чемпионкой СССР, России, но я спокойно к этому отношусь, для меня эти медали не самое главное. Лазила по горам в первую очередь потому, что не мыслила без этого жизни. Я знала свой уровень, но ведь могло быть и так, что ты в оптимальном состоянии, что называется на пике, но первое место не занимаешь не потому, что плохо выступила, а потому, что кто-то в этот день оказался сильнее. Это никогда не было поводом для большого расстройства.

— В горах случается много необычного, можете рассказать, что самое невероятное с Вами там происходило?

— Главное в горах — побыстрее залезть на вершину, пока ничего не случилось. Не пошёл дождь, не ударил град, если погода изменится, может произойти всё что угодно. Что касается необычного. Всегда присутствует чувство помощи извне, когда находишься на скале. Кто именно, не знаю, но чьё-то незримое присутствие чувствую. Возможно, это близкие люди, которых уже нет с нами. Подходишь к самому сложному месту на скале, не знаешь, куда деться, и вдруг будто голос слышишь: “Протяни руку вправо”. Кто-то не даёт сбиться с маршрута. И я понимаю, лезу правильно. Даже ночью на Столбах иду по тропе без фонарика и не сбиваюсь с пути, будто кто-то ведёт.

— Нынешняя молодёжь любит горы так же, как Вы когда-то?

— Любит, но что касается именно лазанья по скалам, то мы были сильнее, закалённее. Возможно, это зависит от того, что жизнь изменилась, и у ребят гораздо больше увлечений, альтернатив горам и соблазнов, у нас же были только Столбы. Приходили туда, а там Захаров, Валерий Балезин, Владимир Лебедев. Гоняли нас нещадно. Сегодня идём сюда, завтра — туда. Никакой пощады к нам не было. Отступать не хотелось, поэтому росли и развивались в плане скалолазания очень быстро. Привыкали к сложным условиям. Ведь бывали на Столбах в любое время года. И мы, девчонки, всё умели: и огонь в печке развести, и связать рукавицы, шапочки и многое другое. С нами никто не сюсюкал и пылинки с нас не сдувал. Хотя считаю, что это неправильно. Девочки есть девочки. Бантики, ленточки, платьица, хочется быть красивой. Мы слабые по натуре. Считаю, что сильная женщина — это миф.

— Разве Вы не сильная?

— Нет, конечно. Я просто люблю и умею лазить по скалам. Мне всё равно нужны внимание и забота. Я и внучкам говорю, что мы прежде всего девочки и у нас есть право на свои слабости.

— Внучек берёте на Столбы?

— Конечно. Они с удовольствием ходят, лазают. Им на Столбах не нужны ни планшеты, ни телефоны. Задатки хорошие. Уверена, что, когда вырастут, будут также проводить время на скалах. Сейчас даже ограничивать приходится, за уши со Столбов не вытащишь. Зимой роют тоннели в сугробах, летом бесконечно лазают по камням. Видимо, у них экстрим в крови, как и у меня.

— Горы живые?

— Да. И горы живые, и Столбы живые. Энергетика потрясающая, она тебя захватывает и не отпускает. Я бы всю жизнь жила в горах. Но мы рождены в социуме и должны возвращаться в этот мир. В горах легче и проще, там всё понятно, не то что в городе. Здесь в обычной жизни всё равно приходится под что-то подстраиваться, налаживать отношения с коллегами, с начальством. А в горах все равны. Там нет подковёрной борьбы и подводных течений. Я и здесь, в городе, в таких делах не участвую, но всё равно их чувствую, в горах же ничего подобного нет, там ты свободен и окружён такими же свободными людьми. Для меня слова “Пойду домой” означают: “Иду на Столбы”. Понимаю, что таких людей, как я, немного. Но у меня даже дачи нет. Всё свободное время провожу на Столбах. Возможно, у меня в крови какая-то бацилла, которая привязала меня к горам и уже никогда не отпустит.

4
Комментарии (0)