Дмитрий Тарасов о сёстрах Баяндиных, чемпионате мира и своей даче


Дмитрий Тарасов о сёстрах Баяндиных, чемпионате мира и своей даче

Синхронное плавание называют чисто женским видом спорта, но есть в нём место и мужчинам.

В Красноярске этот красивейший спорт связан с именем тренера школы “Здоровый мир” Дмитрия Тарасова, который дал путёвку в жизнь знаменитым сёстрам Баяндиным и сейчас продолжает растить юниоров. В интервью Тарасов рассказал о молодых талантах, десятичасовых тренировках, своих детях и перспективах синхронистов-мужчин.

— Почему в своё время Вы выбрали именно синхронное плавание?

— Всё начиналось 15 лет назад со старшей дочери Олеси, которая пошла в секцию к Светлане Поповой. К ней подключилась моя супруга Наталья, которая работала хореографом, а затем арендовала бассейн и набрала себе группу детей. Потихоньку к этому делу подтянули и меня.

— А до этого Вы чем занимались?

— Вообще я мастер спорта по борьбе. Два года даже работал тренером в отделении борьбы. Но потом супруга и дочка меня перетянули. (Улыбается.)

— Когда Вы только пришли в синхронное плавание, с какими трудностями пришлось столкнуться?

— У нас был очень низкий уровень спортсменов. До сих пор помню, как поехал на свою первую Спартакиаду в Набережные Челны, и мне было стыдно, что наш большой Красноярский край не имеет таких сильных синхронистов. Это, конечно, очень зацепило.

— И как справились с этим?

— Приходилось решать много организационных моментов с поездками и тренировками. Тогда в Красноярске ещё не было секции синхронного плавания, она появилась немного позже. Мы работали на фанатизме. До сих пор убеждён: только честная и кропотливая работа приносит результат. Вспоминаются соревнования “Принцесса Волги” — в первый год мы заняли на них последнее место, а спустя десять лет две наших солистки выиграли золото. По сути, за этот срок мы подняли наш спорт с самых низов. Причём в самом начале всё приходилось делать за родительский счёт и собственные деньги, и только потом на нас обратили внимание в министерстве спорта.

— Есть ли у тренеров-синхронистов своя философия?

— Конечно, у каждого тренера присутствует свой взгляд на какие-то вещи. В пример можно привести ансамбль Годенко — даже после его смерти артисты показывают то, что придумал именно он. Так же и тренер — на воде он демонстрирует свой стиль.

— А на какую школу Вы опираетесь в своей работе?

— В основном все дети уезжают в Москву. Есть классная школа “Юность Москвы”, куда скоро уедет наша Лиза Михалёва. Ещё отмечу МГФСО, куда мы, кстати, передали сестёр Баяндиных. Москва сегодня является законодателем мод, и нам приходится опираться на неё.

— Кстати, о Баяндиных. Когда они к Вам пришли, Вы верили, что они вырастут в чемпионок мира и Европы?

— Честно сказать, я немного сомневался. Мы тогда только начинали свой путь, и большой веры в конечный успех не было. Однако моя супруга Наталья вообще не сомневалась в них. Я ей задавал вопрос: “Как ты думаешь, у них получится?”, а она отвечала: “Да всё будет в порядке, не переживай!” Наталья слепо верила в девчонок.

— А откуда взялись сомнения?

— Из-за большой конкуренции. Всё-таки очень сложно выйти в сборную России, которая сейчас идёт впереди планеты всей. Это же на какой пик формы надо выйти, чтобы туда попасть! Тем более костяк сборной России — это московские дети, у которых немного другие условия. Мне, признаюсь честно, слабо верилось, что наши девчонки там засветятся.

— Но в итоге всё-таки засветились. За счёт чего, как думаете?

— Обычная честная работа и талант. Я помню, как главный тренер сборной Татьяна Покровская их хвалила, особенно за работу на суше: хореография была поставлена на хорошем уровне. Её сначала ставила моя супруга, а потом их московский тренер Наталья Чижова.

— Вам за Баяндиных присвоили звание заслуженного тренера России. В ноябре Ваша дочь Олеся рассказала “Городским новостям”, что это звание очень важно для её отца. А Вы лично как относитесь?

— Гордость, конечно, есть. Но и грустно немного — если бы супруга Наталья дожила до сегодняшнего дня, то у нас было бы сразу два заслуженных тренера... А так это самая высокая награда для тренера. Не тупик, но всё же потолок.

— Тогда где искать мотивацию?

— А здесь уже тренерский азарт вступает в дело. Когда видишь, что твои дети находятся рядом с лидерами, это подстёгивает работать дальше. В начале разговора я сказал, что мне было стыдно за детей. Сейчас мне уже не стыдно, ведь я вижу свою работу и понимаю, что она проведена не зря.

— Вы отметили, что Елизавета Михалёва уезжает в Москву. Про кого ещё можете рассказать?

— На всероссийском уровне хорошо выступают Ангелина Сапина и Алина Иванова, которые в этом году выполнили мастеров спорта. Причём у Гели Сапиной были серьёзные проблемы со спиной, но мы её вылечили, и она вернулась на высокий уровень. Эти дети мне нравятся своей фанатичностью — помню, как Геля прямо до слёз не хотела пропускать соревнования, для неё это было настоящей трагедией! Ещё у нас растут Алина Хайдарова, Софья Баева, Анастасия Коваленко... Кстати, если говорить об Ивановой и Сапиной, то они уже ездили на чемпионат России, и нам очень повезло, что его совместили с Мировой серией. Приехали все звёзды, там тебе и трансляция, и повторы всех моментов — я впервые был на турнире такого уровня, и это очень здорово!

— Как раз поговорим о мировом уровне. Недавно завершился чемпионат мира, на котором блистательно выступила легендарная Светлана Ромашина. Можно ли это назвать неожиданностью с учётом того, что ей уже 30 лет и она недавно вышла из декрета?

— Нет, это нормальная практика. Если помните, у нас в первой сборной и Мария Киселёва в 30 лет была, и Ольга Брусникина. Обычно такие спортсменки уходят отдохнуть на пару лет, а незадолго до Олимпиады возвращаются. Причём Киселёва по ночам тренировалась! Помните передачу “Слабое звено”?

— Конечно.

— Киселёва её днём записывала, а потом шла на тренировки. Примерно в восемь-девять вечера начинала и заканчивала за полночь.

— Так это же по здоровью бьёт!

— Что уж поделать, такой спорт у нас. Приходится и по десять часов тренироваться. Плохо лишь то, что молодые девчонки без опыта остаются — например, те же Баяндины не поехали в Корею, потому что тренер сборной Покровская взяла более опытную Ромашину.

— Опять же, а где мотивация? Ромашина больше двадцати раз выиграла чемпионат мира — не проще ли уже отойти от дел и заняться семьёй?

— (Смеётся.) Это только может спортсмен понять. Конечно, когда ты стоишь на первом месте и понимаешь, что лучше тебя никого нет... Это ощущение ни с чем не сравнить. Ради этого кайфа спортсменки и бегут на тренировки. Да и Покровская ставит очень высокую планку.

— На этом чемпионате мира у россиянок опять феерия — девять побед из девяти. Почему мы всегда первые?

— Ну так было не всегда. Примерно двадцать лет назад мы так сильно не доминировали. Просто как раз в тот период Покровская ушла из гимнастики в синхронное плавание, и её выбрали главным тренером сборной. Причём на президиуме федерации она выиграла у Ольги Васильченко, если не ошибаюсь, всего два голоса! Но я считаю, что Покровская достойно представляет наш вид спорта.

— То есть все успехи связаны с её наработками?

— Думаю, да. Тем более мы являемся законодателями мод. Я уже рассказывал, как ездил на Мировую серию, а ведь там ещё был один интересный момент. Вот идут тренировочные прогоны под музыку, у каждой команды составлен свой график. Наступает время нашей сборной, и все иностранцы бросают своих детей и бегут смотреть на наших, буквально облепив бассейн! Китайцы вообще каждое движение снимают на камеру! Такой вот высокий уровень. Конечно, он добивается во многом жёсткой, но честной работой. Допустим, Покровская придумывает связку, а дети говорят: “Да так невозможно!” Она им в ответ: “А вы попробуйте”. И всё получается. Ей проще заказать все эти элементы, поскольку она изначально не занималась синхронистками.

— Как думаете, Китай нас догонит?

— Ну он уже подступает. (Улыбается.) Но мы и сами ведь не так просто побеждаем. Я смотрел много интервью и Покровской, и девчонок, и все говорят одно: “Мы не едем побеждать, мы едем бороться”. Именно в борьбе и достигается результат. Кстати, ещё бы отметил неплохой уровень у украинцев — они всё время то второе место займут, то третье.

— Сейчас много говорится о мужчинах-синхронистах. Тот же Александр Мальцев в Корее два раза золото взял. Говорится о включении микст-пар в программу Олимпиады. А надо ли оно вообще?

— А почему бы и нет? Я к этому нормально отношусь. Кстати, Сашку Мальцева я знаю ещё с тех пор, когда он выступал с моей дочерью Олесей на “Олимпийских надеждах”. Он тогда вне конкурса участвовал, но стал вторым, а Леська третье место заняла. Так дочь потом заявила: “Я сейчас всё брошу, я мальчику проиграла!” (Смеётся.) И все тогда сильно удивились — зачем это парню? А он доказал, что не зря занимается. Кстати, в те годы Сашка был не таким, как сейчас: он и двигался медленнее, и стопа не так натягивалась. Потом вот в сборную попал, с ним там поработали, и он очень вырос. Я смотрел его произвольную программу вживую — так здорово, так лихо!

— Как думаете, стоит ли ожидать соревнования среди одних мужчин?

— Вообще не исключено. Сейчас ведь много чего придумывается. Недавно появились этапы Кубка мира, вводятся хайлайты, акробатические группы... Правда, это всё проводится только на уровне чемпионатов мира и Европы — на Олимпиаде как были женские дуэты и группы, так они и остались.

— Синхронному плаванию нужны перемены?

— Думаю, они везде нужны. Я не против чего-либо нового. Правда, сейчас зачем-то поменяли название, назвали наше плавание артистическим, но я к этому спокойно отнёсся. Тем более в России это название не прижилось. Кстати, в прошлом году на европейских медалях у Баяндиных было написано “синхронное плавание”, чему я очень удивился. (Об этом сами синхронистки рассказывали “Городским новостям” в прошлом году. — Прим. авт.).

— Как повышать ТВ-рейтинги? Не секрет, что синхронное плавание всё-таки уступает игровым видам спорта.

— Соревнования на высоком уровне смотрят, и весьма хорошо. Если брать уровень города или края, то тут, конечно, приходят только родители и друзья. По телевизору хорошо смотреть, особенно когда наши побеждают. (Улыбается.) Тут нужна популяризация, но как её проводить, не подскажу, вот честно!

— Вернёмся к нашим реалиям. Помимо тренерской работы Вы ещё возглавляете краевую федерацию синхронного плавания. Что она даёт и какие проблемы существуют?

— Поначалу я сам не понимал, что она даёт. А потом понял. Дело в следующем: если федерация не проходит аккредитацию, она не получит средства на выездные соревнования, а это очень важно. Ещё есть одна проблема. Сборная края полностью состоит из воспитанников “Здорового мира”. Если отберутся дети из других секций и городов, то где они будут тренироваться? Я же их всех в школу не запишу. Хорошо, что открылся бассейн “Радуга”, где нам выделено три дня в неделю. Ещё три дня мы занимаемся в “Авангарде”.

— А в других городах края этот спорт не так развит? Ачинск тот же, в Канске есть хороший бассейн...

— Там очень классный бассейн, мы хотели там провести сборы, но не смогли по финансовым соображениям. Тем более “Радуга” под боком — мы лучше там поплаваем. А вообще приведу пример. Вот есть Москва, есть сборная России. И неважно, приехал туда ребёнок из Питера или Красноярска — с обязательной программой работает личный тренер, а на произвольную, будь добр, спортсмена предоставь другим. У нас оно, скорее всего, так и будет. Хочется, конечно, чтобы в других городах края появились сильные дети, но пока наши всех выигрывают.

— Ваша дочь Олеся, о которой Вы говорили в самом начале беседы, стала первым мастером спорта по синхронному плаванию в Красноярском крае. Спорт — это её осознанное решение или родители повлияли?

— Конечно, хотели родители, всё начиналось с этого. Но у ребёнка ведь интерес появляется тогда, когда он начинает прогрессировать, у него всё получается, и он получает удовольствие от этого. А если насильно тащить, давить...

— Но Вы не давили?

— Нет, давления не было. Леся ведь тоже девочка с характером. Её, кстати, моя Наталья привлекала к тренировкам как помощницу. Иногда приходится выполнять много индивидуальной работы с детьми, а рук на всех не хватает. Вот потихоньку дочка и выросла в тренера.

— Олеся у Вас единственный ребёнок?

— Нет, есть ещё две дочери и сын. Вторая, Вита, ездила в Москву, выполнила норматив мастера спорта, а сейчас помогает мне, пока Леся в декрете: она мне уже второго внука родила, я теперь двукратный дед. (Улыбается.) Ещё есть дочь Анфиса и сын Тима, но если Фиска у меня в синхронке осталась, то Тимка ещё не определился — он то на борьбу ходит, то ко мне. (Смеётся.) Иногда мне что-нибудь на воде покажет, иногда бороться побежит. Я его в этом плане никак не ограничиваю.

— Чем занимаетесь в свободное время, кроме воспитания детей?

— Дачу строю, вот моё хобби! (Смеётся.) И то урывками. Я до обеда ношусь с бумажками по вопросам федерации, потом забираю детей со школы и везу на тренировку, и после всего этого заняться чем-то ещё очень тяжело. Вот выдались выходные, и я поехал на дачу, немного приложил руку к строительству. (Смеётся.)

— Философский вопрос. Что для Вас главное в жизни?

— Душевное спокойствие, благополучие близких и результат моей работы, которой я занимаюсь. На соревнованиях я вижу, как вырос уровень синхронного плавания в крае, и от этого получаю огромное удовольствие.

9
Комментарии (0)