Женщины со шпагой


Женщины со шпагой

С наступлением ноября в календарном плане замелькали соревнования по фехтованию. На прошлой неделе, например, в спортивном зале СибГУ на стадионе «Енисей» прошло первенство края, а уже завтра, 23 ноября, стартует открытый Кубок Красноярского края, куда приедут спортсмены из Томска и Новосибирска.

О том, чем живет фехтование в краевом центре и почему прием на отделение этого вида спорта строго ограничен, рассказала президент краевой федерации Татьяна Омельченко.

ДВЕ ТОЧКИ НА КАРТЕ

– Татьяна Анатольевна, что интересного было на состоявшемся первенстве края?

– Соревнования проходили по двум возрастным категориям – до 21 года и до 18 лет. В первой заявились 37 девушек и 43 юноши. У младших – 29 девушек и 32 юноши. У старших победы одержали Полина Урчегова и Евгений Чехов.

Среди младших девушек сильнейшей оказалась Олеся Юшкова. В прошлом году она была первой в рейтинге по трем возрастным категориям, в том числе и взрослой. Олеся – 2004 года рождения и лидер нашей сборной края. У ребят за первое место боролись сразу несколько человек – это Александр Потанин, Руслан Ткачев, Дмитрий Дворяткин, Даниил Роот. Все они – неплохие фехтовальщики, из которых могут вырасти хорошие спортсмены. Все зависит только от того, куда и сколько раз мы выезжаем в течение сезона. Конечно, чем больше соревнований, тем выше мастерство. К сожалению, сейчас мы можем себе позволить один-два российских старта в год, в основном же катаемся по Сибири.

– Эти ребята являются воспитанниками красноярской школы?

– Да, это наши ученики. На первенство края приезжают еще из Железногорска, но там не отделение, а клуб при общеобразовательной школе, и занимается очень мало детей. Бывают еще в заявке норильские спортсмены – из числа тех, кто приезжает в Красноярск учиться в вузах. Правда, в Норильске развито фехтование на рапире, у нас – на шпаге. Но эти дисциплины похожи, при желании можно поменять вид оружия.

– То есть, по сути, первенство края – это всего два города?

– Да, фехтование – это культивируемый вид спорта, даже не развивающийся. У нас своя специфика в инвентаре и оборудовании, тренерских кадрах. Человек со стороны не может прийти и начать преподавать фехтование. А тренеров очень мало.

– Вы сами когда-то приехали в Красноярск поступать в вуз. В какой точке развития тогда было краевое фехтование?

– Да, я приехала из Киргизии, уже будучи мастером спорта, как и Елена Николаевна Коноплева, нынешний старший тренер сборной края. После окончания школы поступила в тогда еще аэрокосмическую академию, стала выступать за Красноярск. Фехтование как вид спорта в конце 90-х, можно сказать, возрождалось на базе аэрокосмического вуза после долгих лет простоя. Инициатором этого выступил Юрий Николаевич Ямщиков.

Конечно, великих спортсменов пока не выросло: у нас нет специализированного зала, где бы лежали специальные дорожки, стояли стационарные аппараты, куда можно было бы зайти с большим количеством спортсменов. Пока у отделения фехтования СШОР «Спутник» есть только небольшой зал на Малаховской, где раньше занимались боксеры, и в «Солнечном». Причем во втором даже не зал, а просто длинный коридор.

Раньше, вообще, был один зал на «Енисее». После реконструкции стадиона мы туда еще не заходили, но если нас пустят, то в нем возобновит работу студенческая секция. Сейчас ко мне ходят студенты, которые уже давно занимаются и имеют разряды уровня КМС, но это всего шесть человек. Привлечь новичков мы не имеем возможности, потому что мощностей хватает только на детские группы. Да, еще набор есть в «Радуге», где для фехтования выделен балкон. Там тренирует Елена Николаевна Коноплева. Но группы платные и нет дорожки.

МУШКЕТЕРЫ – НЕ АВТОРИТЕТ

– Набор детей каждый год стабильный?

– Да, интерес у детей есть, набираем с первого класса. Но в силу специфичности вида спорта происходит довольно большой отсев. У меня сейчас три группы – младшая, средняя и старшая, которые в целом составляют 35-40 человек. Примерно столько же у Оксаны Алексеевны Вороновой в «Солнечном», у Елены Николаевны – чуть меньше

– Раньше благодаря советскому кинофильму «Три мушкетера» фехтование было окутано своеобразной романтикой. Сейчас какая мотивация у детей при выборе этого вида спорта?

– На самом деле, фехтование довольно популярно. Во-первых, его много показывают по телевизору, выкладывают ролики в Интернете. Во-вторых, детей приводят родители, которые, возможно, сами хотели когда-то заниматься и теперь через детей не прочь воплотить свои мечты. Да и дети сейчас продвинутые: ищут себе возможности для реализации, выходят на нас через соцсети, звонят, записываются. Но с мушкетерами нас уже редко связывают!

– Оружие сразу даете?

– Конечно! Если этого не делать, а только обозначать работу с мячиками-скакалками, то ребенок не поймет, что такое фехтование. Стараемся, чтобы дети сразу видели боевую практику. Выдаем амуницию, маски, шпаги. Пускай пробуют!

– Амуниция на стенах – это школьное имущество, которым дети пользуются, или родителям надо приобретать форму?

– На самом деле, это не школьное имущество, а мое личное (смеется). Школа приобрела дорогостоящее оборудование – дорожку, аппараты, катушки. Нам же помогает Сибирский региональный центр Станислава Позднякова, который находится в Новосибирске. Периодически мы получаем материальную помощь и распределяем все это по тренерам – маски, костюмы, клинки. И, конечно, на первых порах, пока ребенок не определится, будет он заниматься или нет, мы не рекомендуем приобретать форму. Бывает же, что походит – разонравится. Если же все складывается, то родители тогда сами все покупают через Интернет или через нас.

– Сколько стоит комплект формы?

– Если говорить о новой непрофессиональной амуниции, то маска в среднем обойдется 5000 рублей, костюм – 5000-6000, шпага – 4500, по тысяче – чехол, перчатка.

– Получается, что больше детей, чем у вас есть костюмов, и набрать нельзя?

– Больше детей набрать, скорее, нельзя набрать из-за ограниченного размера зала. 10-15 одновременно – максимум. У нас все упирается в помещение. В специализированном зале на десять дорожек и работать можно ни одному тренеру, а нескольким – и с разными группами. А у нас одна алюминиевая дорожка в «Спутнике», две – в «Солнечном». Одна такая стоит 250 тысяч. Еще на складе лежат старые медные дорожки, которые были в спортзале «Енисей».

– Кого больше приходит – мальчиков или девочек?

– По-разному. Вообще, по большому счету, тренировки среди девочек и мальчиков должны проходить отдельно, но опять мы возвращаемся к тому, что нет нужного количества тренеров, залов и детей.

КОНКУРЕНЦИЯ В СИБИРИ

– Сколько сейчас в крае мастеров спорта?

– Если брать во внимание ветеранов, то шесть-семь человек. Кандидатов и разрядников гораздо больше. Во-первых, мы не имеем возможности выезжать на турниры, где присваивают разряды, во-вторых, сейчас ужесточили нормативы. Например, чтобы выполнить мастера спорта, надо попасть в первые 16 человек на чемпионате России, в 8 – на юниорском первенстве страны, в тройку – на кадетском первенстве. Мы в таких условиях конкурировать не можем. Сейчас из сибирских регионов только Новосибирск на российском уровне себя еще показывает, мы же – только на уровне СФО. А чтобы попасть в сборную по возрасту, надо пройти 12 турниров, и по лучшим десяти идет отбор.

– У нас все три тренера – это женщины: Татьяна, Елена и Оксана. Неужели совсем мужчин нет?

– Мужчинам, как правило, надо все и сразу, женщины же всегда работают постепенно (смеется). Юрий Николаевич Ямщиков, например, сейчас уже на пенсии, и у него нет профильного образования для работы в спортивной школе. Вообще, мало кто хочет идти на тренерскую работу, это, наверное, общая проблема для многих видов спорта. Тем не менее, наши дети показывают результаты. Недавно приехали с регионального турнира памяти Кондратенко, который проходил в Новосибирске. Там Руслан Ткачев стал третьим. Команды мальчиков и девочек до 18 лет тоже стали бронзовыми призерами. Девчонкам не хватило всего двух уколов, чтобы обойти команду хозяек. Так что детям нравится, и мы продолжаем работать на позитиве.

0
Комментарии (0)