Алексей Прошин: "Надеждами о крытой арене себя не тешим"


Алексей Прошин: "Надеждами о крытой арене себя не тешим"

Наша предыдущая встреча с Алексеем Прошиным состоялась более года назад. А случилась она как раз накануне его отъезда на сочинские зимние Олимпийские игры. Напомним, что в Сочи он тогда отправился вовсе не гостем-болельщиком, а в качестве главного судьи конькобежных состязаний. Многие из впечатлений об олимпийских днях, проведённых в Сочи, как признаётся Алексей Валерьевич, несмотря на вполне длительный срок, прошедший с тех пор, по-прежнему остаются свежими для него и сегодня.

— Со временем любые впечатления, конечно, угасают, но вот чувство восторга, оставшееся от сочинской Олимпиады, действительно живо до сих пор. Хотя, надо признать, когда уезжал из Сочи, был выжатый как лимон. Слишком велика, просто огромна была ответственность, которую испытал, исполняя обязанности главного судьи. Каждый день как напряжённый психологический экзамен. Ошибки в судействе недопустимы, поэтому внимание постоянно обострено, оно на пределе. Мобилизуешь и себя, и всю судейскую бригаду. Вроде бы, казалось, физически ничего особо и не делал, но за три-четыре часа такой предельной концентрации выматывался просто капитально. Каждый день на Олимпиаде для меня был рабочим, все три недели. Если честно, мне гораздо легче было раньше отпахать две тренировки, чем вот такие четыре часа (улыбается).

С грузом ответственности, усталостью всё понятно, а чем же всё-таки было вызвано чувство восторга?

— Увиденным. Тем, что сотворили, готовясь к Олимпиаде и на самих Играх, наши люди. Это не могло не впечатлить. За четыре года, по сути, построили новый город. Было чем восхищаться, чем гордиться перед иностранцами. Спортивные объекты — высочайшего уровня, всё соответствовало максимальным требованиям, которые только можно было предъявить. И организация была высочайшей, просчитанной до мелочей. Транспортная логистика, грамотно сделанные дорожные развязки, специальные полосы, которые оставляли для олимпийского транспорта, — всё продумано. Работа проведена колоссальная, и сделано всё на высшем уровне. Мне удалось выкроить время, чтобы побывать на разных объектах, посетить и горный кластер — впечатления остались такими же восторженными. В 2006 году я находился в олимпийском Турине, побывать в горах мне тогда не довелось, но отзывы об их горных объектах слышал. Говорят, там всё было в десять раз хуже. Так что сочинская организация — просто супер, и я считаю, что она заслуживает огромной пятёрки с большими плюсами.

К судейству на Олимпиаде из красноярцев были привлечены не только Вы. Это можно расценивать как особый авторитет, которым обладает красноярская конькобежная школа?

— Думаю, что да. Кроме меня Красноярск в Сочи представляли ещё двое судей: Елена Валентиновна Бурмистрова и Александр Владимирович Конев. Отмечу, что судейский корпус для Олимпиады подбирался не в одночасье, а на протяжении двух с половиной лет. Мы вели эту селекцию, проведя чемпионат мира, несколько чемпионатов России. Обязательным условием было знание английского. Убедился, что в России очень тяжело найти 56 высококвалифицированных рефери, идеально знающих английский язык (улыбается).

А чувства грусти на Олимпиаде неужели так и не испытали ни разу?

— Грустно было прощаться с нашим олимпийским конькобежным катком. Когда только приехали в Сочи, всё на нём было незнакомым, неродным, а вот когда уезжали с Олимпиады, расставаться стало просто жалко. Ведь мы так бережно просматривали, оберегали каждый сантиметр льда, а тут дают отмашку: каток будет разбираться. И как только закончилась последняя дистанция, провели награждение, не прошло и часа, как наш драгоценный лёд превратился буквально в кашу. На него толпой ринулись волонтёры — покататься на олимпийской арене хотелось каждому. Не скрою, было действительно грустно, ведь всего час назад мы буквально молились на этот лёд…

А у красноярских конькобежцев есть какие-то надежды на появление достойной ледовой арены?

— В программу Универсиады-2019 конькобежный спорт не включён. Но мы стоим в федеральной программе, предусматривающей строительство ледовых катков. Четыре региона названы в ней: Иркутск, Красноярск, Екатеринбург и Питер — в этих городах планируется возведение конькобежных арен, полуоткрытых или открытых. Но когда всё это сдвинется, и что нас ждёт в самом ближайшем будущем — большой-большой вопрос. Грустно ещё и от того, что я-то на крытых ледовых аренах бываю постоянно. Недавно вернулся из Коломны, был там главный судьёй на чемпионате России. До этого две недели назад судил чемпионат Европы в Челябинске. Мы, взрослые, из-под крыши фактически не вылезаем, а вот наши дети-конькобежцы её даже не видели.

Как руководитель краевой федерации конькобежного спорта, какую общую оценку можете дать по поводу состояния этого вида спорта в нашем регионе?

— Оценивать по какой-то балльной системе крайне сложно. Тем более, когда нет должной инфраструктуры. Однако успехи всё же имеются, конечно, есть и таланты. Как раз сейчас проходит спартакиада молодёжи, в том году прошла спартакиада учащихся, выступаем на них достойно. Наш Николас Руденко выиграл дистанцию в 3000 метров. Сейчас он лидер у нас по своей возрастной группе, становился призёром первенства России. Есть ребята — мастера спорта. Но в этих условиях им сложно шагнуть дальше — звание мастера на сегодняшний момент при тех условиях, которые мы имеем, это, наверное, максимальный уровень, которого можно достичь. Николасу сейчас пятнадцать, но им уже интересуется молодёжная сборная. Однако, уверен, года два его ещё нужно подержать, а уж потом можно по-хорошему и отдать, если, конечно, результаты не будут падать. А сейчас это делать рано, двумя руками буду против, даже если он сам начнёт проситься. Потому что там парня угробят: там другие нагрузки, другое отношение к спортсмену. Парня просто необходимо попридержать.

Сказать, что всё совсем плохо, нельзя. Потому что пока есть ещё энтузиазм, люди, которые работают за идею, на которых всё и держится. А главный наш мотор — это Александр Владимирович Конев, директор нашей конькобежной школы. От него всё идёт: он даже лёд сам заливает.

Признайтесь, приглашения переехать Вам поступали?

— И немало. Предлагали уехать работать в Москву. В юниорскую сборную приглашали несколько раз и в основной команде место тренера предлагали. Но работать хотелось бы здесь. Сейчас вот сын подрастает, тоже бегает на коньках. Никите пока ещё только двенадцать, но техническое мастерство у него уже есть. Осталось силёнок набраться, и хотелось бы, чтобы набирался он их здесь. Данные у него неплохие: физиологически сложен так же, как и я — я такой же маленький и худой был в своё время (улыбается).

В общем, предложения уехать поступают, но пока я рассматриваю их сквозь пальцы, надеясь, что всё наладится, переменится.

В программу Универсиады конькобежный спорт, в отличие от шорт-трека, не вошёл. Скажите, а если бы всё-таки дверца для студентов-конькобежцев оказалась незакрытой, красноярцы смогли бы заявить о себе на Универсиаде?

— Потенциально такие ребята, конечно, нашлись бы. А вот в шорт-треке от нас, наверное, точно никого не будет, потому что за такое короткое время навряд ли кого-то подготовим. Для этого необходим настоящий специалист. В Красноярске его нет, потому что любой тренер-конькобежец, каким бы великим он ни был, в шорт-треке бесполезен. Это совершенно другой вид спорта. Казалось бы, и в нём те же коньки, но тактика, техника, методика подготовки в нём абсолютно иные. Впрочем, до Универсиады время ещё есть, и сделать какие-то начальные шаги ещё можно. Если в Красноярске появится настоящий специалист, за год-два он что-то успеет. А потом, было бы просто здорово, если бы он остался работать и дальше.

А сколько вообще ребят сегодня занимается в нашем крае конькобежным спортом?

— В позапрошлом году на отчётно-выборном конгрессе я, помнится, заявлял, что у нас порядка 560—600 спортсменов по всему краю. После этого у нас выпала одна территория: из Зеленогорска уехал работавший там тренер, и в этом городе пока всё потухло. Но зато, правда, прибыло в Красноярске. Сегодня у нас по краю порядка 700—800 конькобежцев. Хотя статистика, убедился ещё раз, — вещь лукавая. В статистических отчётах их насчитывают до тысячи. И это, кстати, вовсе не враньё. Просто проходит, например, школьная лига, в ней участвуют ребятишки, из которых многие встают на коньки в первый раз в жизни, но считают и их. А мы-то считаем по-настоящему: живых, тех, кого знаем, кто постоянно занимается, участвует в соревнованиях. Кстати, календарь соревнований — это, наверное, одно из светлых пятен в нашей биографии, потому что уже много лет он, несмотря ни на что, остаётся устоявшимся. А такой календарь — хороший инструмент при подготовке спортсмена. Традиционные наши самые известные теперь уже по всей России — это соревнования памяти Николая Михайловича Доменчака, известного красноярского разностороннего спортсмена, многократного чемпиона и рекордсмена края. Открытое краевое первенство по конькобежному спорту памяти Доменчака проходит в конце декабря, мы проводим его параллельно с зональными соревнованиями Сибири и Дальнего Востока. Приезжают ребятишки среднего и старшего возраста — 260 участников было на нынешних стартах. По 160—180 спортсменов собирают и наши краевые соревнования. А на городских, которые проходят как раз здесь, на “Политехнике”, ребятишек всегда полно — льда не видно. Просто сердце радуется: коньки продолжаются, и их ничто не может задушить.

Досье

Алексей Валерьевич ПРОШИН
Родился 25 сентября 1974 года в Красноярске.
Мастер спорта России международного класса по конькобежному спорту.
Победитель первенства Европы на дистанции 1500 метров, серебряный призёр на дистанции 1000 метров (1996), обладатель Кубка России на дистанциях 500, 1000 и 1500 метров (1999—2006).
Победитель этапа Кубка мира по марафону в командном зачёте (1998), международных соревнований “Приз Кирова” (2003, 2007).
Неоднократный призёр чемпионатов России (1998—2007).
Участник этапов Кубка мира и XX зимних Олимпийских игр в Турине (2006).
Президент Красноярской краевой федерации конькобежного спорта.
0
Комментарии (0)
Морозный дебют

Морозный дебют

В Дивногорске прошли первые краевые конькобежные соревнования в наступившем календарном году.