Бомбочка для ванной


Бомбочка для ванной

Многоборец Артем Макаренко: «Нужно заниматься развитием легкой атлетики внутри страны»

Артем Макаренко – один из сильнейших красноярских легкоатлетов, чемпион России в многоборье. Сейчас он большую часть своего времени проводит в Москве, где живет и тренируется. Недавно он приехал в Железногорск погостить к родителям. Приехал с супругой: Кристина Сивкова – также талантливая легкоатлетка, неоднократная чемпионка России в спринте. Артема и Кристину называют самой красивой и самой перспективой спортивной парой страны. Времени у ребят, понятно, было немного, но они согласились встретиться с корреспондентом «Крайспорта» – за что им отдельная признательность.

Артем, какие у тебя были последние старты и какие будут следующие?

– Последним был чемпионат России в закрытых помещениях, где я занял первое место в семиборье. Ну, а следующие старты – это уже, наверное, новый зимний сезон, который, как обычно, должен начаться в январе. Лето мы по известным причинам пропускали, теперь потихоньку будем готовиться к зиме.

Получается большой отрезок без соревнований. Но легкоатлетам, наверное, проще это пережить, чем представителей тех видов спорта, где важна игровая практика, наличие спаррингов?

– Я думаю, тут все индивидуально. Но если у тебя нет никаких проблем со здоровьем, не так страшно. Мы так же тренировались, как обычно. Ну, может быть, чуть в более лайтовом режиме. Не знаю, у меня еще не было такого, чтоб я пропускал целый сезон. Бывало, случались травмы, которые выбивали на некоторое время. Успокаивает то, что из-за ковида соревнований практически не было, и, по сути, ничего важного мы не пропустили. Поэтому и решили до конца сезона не выступать – и подготовка непонятно какая, и старты малозначащие остались, от которых ты ничего не получишь.

Все-таки как можешь оценить свою текущую форму?

– В июле провели тесты – побегали, попрыгали. Понял, что нахожусь в нормальном состоянии. Для выступлений на высоком уровне это не годится, но в целом нормально. Все-таки я не лежал на диване, и 70-80 процентов формы я поддерживал. А форсировать форму не было необходимости: непонятно было, когда будут соревнования – через две недели, через месяц, через несколько месяцев. Поэтому решили не выступать, а просто держать себя в определенной форме. Чтобы, когда начнется подготовка к зимнему сезону, начинать не с нуля.

Ты выигрывал чемпионат России в семиборье, в десятиборье. А что насчет международных стартов? Вроде бы в прошлом году ты должен был ехать на чемпионат Европы, но что-то не получилось.

– Да, должен был поехать на зимний чемпионат Европы. У меня был тогда неплохой результат, кажется, третий в мировом рейтинге. Но чтобы выступать за границей, российским спортсменам нужно получать допуски. И мне его дали в последний день принятия заявок на этот старт. Естественно, не успели. Шансы поехать были, но никто из руководства этому не поспособствовал.

А что у нас вообще сейчас с легкой атлетикой? Какие возможности есть выступать у спортсменов? Что-то изменилось с весны, когда пришел новый руководитель ВФЛА?

– Да ничего не изменилось. Уже четвертый год все что-то говорят, но на деле ничего не происходит. Существенных подвижек нет. Вот сейчас заплатили штраф – шесть с половиной, по-моему, миллионов долларов. Просто отдали деньги – и опять тишина, а что мы за это получим?

А как спортсмены видят выход из создавшегося положения? Наверняка ведь вы с коллегами обсуждаете ситуацию.

– Да просто работать надо, заниматься развитием легкой атлетики внутри страны. Ну, не то чтобы закрыть глаза, конечно, на эти разборки с международной ассоциацией… Мне кажется, это политические разговоры, в которых я и, вообще, спортсмены не до конца понимаем какие-то нюансы. Но ощущение такое, что ни наша сторона, ни зарубежная до конца друг друга не могут понять. У них тоже критерии постоянно меняются, а наши то ли не хотят ничего делать, то ли не понимают, что нужно делать. И спортсмены оказались заложниками этой ситуации, когда они вроде и не виноваты, но и выступать не могут.

То есть ты видишь выход в том, чтобы было больше внутрироссийских соревнований, чтобы они проводились на более качественном уровне?

– Ну, да. Чтобы привлекали спонсоров, дополнительные финансы, чтобы у спортсменов был стимул на этих стартах выступать. А сейчас старты в России очень низкого уровня. Призовых, по большому счету, нигде нет. Организация, кроме, может быть, чемпионата страны и еще нескольких турниров, тоже на очень низком уровне. Про турниры по многоборью я вообще не говорю. Это первенство колхоза, как я считаю. Вот, чемпионаты России, «Русская зима» и еще пара коммерческих стартов именно зимой, это все. Летом вообще никаких достойных соревнований нет. Если мы посмотрим, какие соревнования проводятся за рубежом, какое там количество участников, какая плотность результатов, какие призовые (а это тоже важно – спортсмены же должны что-то зарабатывать), это не сравнить с тем, что есть у нас. Что б вы понимали, вот пример. Зимой, когда я выиграл чемпионат России по многоборью, я показал третий результат за всю историю в России и СССР, за всю историю в мире это был, если не ошибаюсь, 13-15-й результат, лучший результат мирового сезона на тот момент. И что я за это получил? Две грамоты, медаль и… бомбочку для ванны.

Бомбочку?

– Ну, какой-то набор для ванны. Вот когда ты показываешь такой высокий результат, и это никак не ценится…

Но у тебя есть допуск для выступления на международных соревнованиях…

– Нет, сейчас ни у меня, ни у кого другого допуска нет. Он выдается на год. То есть я получил его в феврале прошлого года и в течение летнего сезона мог выступать за рубежом. А сейчас – ковид, приостановление всех заявок. То есть перед новым сезоном мы снова должны будем подать заявку на допуск. Сейчас она даже платной стала, 200, кажется долларов. И еще не факт, что ее одобрят. Цирк, трэш, не знаю, как еще назвать, – все это продолжается. Вроде бы подойдем к заветной черте – то очередной косяк со стороны нашей федерации, то у них возникают новые требования, то теперь вот ковид вмешался.

Ладно, давай поговорим о твоей специализации. Как вообще люди приходят в многоборье? Что должно в голове щелкнуть, чтобы человек решил: о, я хочу и бегать, и прыгать, и метать?

– Начнем с того, что я уже не многоборец. Решил сосредоточиться на одном виде – барьерном беге.

А почему?

– Многоборье – это как марафон. За сезон ты можешь сделать всего пару стартов. И не факт, что они получатся. А даже если получатся, отдача очень небольшая. В том числе, финансовая, я уже говорил об этом. Если сконцентрироваться на одном виде, можно и результат более высокий показать, и принять участие в большем количестве стартов, в частности, коммерческих.

Но давайте я расскажу, как пришел в многоборье. У меня в школе уже был опыт четырехборья, проводились такие соревнования «Шиповка юных», и я там выступал. А мой друг Женя Лиханов уже начал заниматься многоборьем. Я посмотрел на него и тоже загорелся. Хотелось разнообразия – ядро толкать, барьеры бегать. Я тогда был худым, моей основной специализацией был бег 800, потом 400 метров. И вот – ядро. У нас в зале первая линия – 8 метров, года полтора до этой линии не мог дотолкать, о высоких результатах речь тогда, конечно же, не шла.

Какой вид был самым тяжелым?

– Когда начинал, ничего не казалось тяжелым, все было интересно. Но, конечно, самый сложный вид – это шест. Технически, координационно, потом страхи какие-то – во всех планах самый сложный. Со временем понял, что и метания – это не так просто. Для меня – особенно в диске и копье. Одно дело бегать и прыгать, другое – когда еще есть снаряд, в который ты должен научиться попадать.

Ты начинал в Железногорске. Сейчас в крае большинство ведущих легкоатлетов оттуда – ты, Лиханов, Блескина, Степанова… В чем секрет?

– Затрудняюсь сказать, может быть, так совпало. У нас хороший манеж – по меркам небольшого закрытого города, в котором есть и толкание ядра, и прыжки с шестом. Это большое преимущество, что с раннего возраста все это можно было тренировать. Но вот после того, как мы все поуехали-переехали, там, кажется, молодых спортсменов высокого уровня не появилось. Не знаю.

Есть такое ощущение, что многоборье все же как-то на периферии легкой атлетики находится. Ну, прямо скажем, не финал стометровки.

– Да, и эта одна из причин, по которой я решил оставить многоборье. Сил, эмоций тратится много, и ничего не возвращается. У нас турниры по многоборью часто проводятся отдельно. Вот в Адлере был Кубок России, так там зрителей просто не пускали. Вот просто: нельзя. В том году я ездил на крупный коммерческий старт по многоборью в Австрии. Там, правда, не получилось хорошо выступить, но какая там была атмосфера – не передать словами! С самого утра на стадионе полно людей, целыми семьями, с детьми. Там организовано все для досуга людей, кафе прямо на стадионе. Приезжают болельщики из других стран. Атмосфера просто божественная. К тебе сразу после финиша куча детей подбегает – приветствуют, фотографируются, видно, что ценят твой труд. У нас, к сожалению, не заметно, чтобы кто-то хотел подобное устроить. Там умеют заработать на легкой атлетике деньги, у нас – или не умеют, или не хотят. И там ведь так каждые соревнования проходят.

Печально. Расскажи, почему из десяти видов, которыми ты занимался, решил сосредоточиться именно на барьерах.

– Года два назад начал показывать высокие результаты именно на барьерах. Просто рос, рос, рос. Пришло понимание, как это делать, что делать для того, чтобы улучшить результат. Хотя я бы не сказал, что именно барьерам уделял больше внимания, чем другим видам. Этой зимой я входил в топ-10 в барьерах. Я показал 7,55 – на любых коммерческих стартах с таким результатом можно попадать в призеры. Тогда у нас барьерные тренировки были раз в неделю – теперь этому можно посвятить практически все тренировочное время. Это решение не внезапно пришло, мы еще в прошлом году с тренером решили, что я выступлю на зимнем чемпионате страны в многоборье, а потом уйду в барьеры.

У вас с Кристиной спортивная семья. Какие в этом плюсы-минусы?

– Одни плюсы. Мы постоянно вместе, у нас общие интересы. Поддерживаем друг друга, все отлично. На тренировках свежим взглядом можем оценить работу друг друга, что-то подсказать.

Ты выступаешь двойным зачетом за Москву и Красноярский край, как так получилось? Где больше времени проводишь?

– Я переехал в Москву учиться, тренер у меня там. Вот так и получилось. В Красноярск удается выбраться нечасто – вот сейчас приехали на две недельки к родителям в Железногорск.

А нет идеи предложить спортивному руководству края, чтобы и Кристина выступала за Красноярский край двойным зачетом?

– Работаем над этим. На днях ездили в Академию летних видов спорта – Кристина им интересна. Документы сделали, все в процессе, ждем решения.

Вы еще очень молодые спортсмены, какие вообще планы – спортивные и житейские?

– Пока есть возможности и силы – постоянный прогресс и развитие, показывать высокие результаты на международном уровне, хотя здесь по известным причинам не все от нас зависит. Помимо спорта – я получил высшее образование, Кристина учится на третьем курсе. А о каких-то планах после завершения спортивной карьеры еще рано задумываться.

0
Комментарии (0)
Взять роковую высоту

Взять роковую высоту

Легкоатлетка Екатерина Степанова о цели на сезон, кумирах и спортивном характере

И все остались довольны
Футбол

И все остались довольны

В Красноярск прилетел московский «Спартак», самая популярная, пожалуй, команда страны. Билеты на матч Кубка России были раскуплены за пару...