Где новые Овечкины, Малкины, Дацюки?


Где новые Овечкины, Малкины, Дацюки?

Александр Сёмин о победах, российском хоккее и семье

Красноярский хоккей с шайбой не богат по-настоящему звёздными воспитанниками. Главный бриллиант — Александр Сёмин. Именно в родном городе он делал первые шаги в хоккее, пока в 14 лет не уехал в Челябинск. После были Тольятти, Вашингтон, Магнитогорск и ещё многие города и клубы. Но и о малой родине Сёмин не забывал. В “Сокол” он приходил два раза. Сначала отыграл за него несколько матчей, отдав причитающуюся зарплату на благотворительность, а потом провёл за “крылатых” полноценный чемпионат. Сезон 2020–21 Александр играл в подольском “Витязе”, затем вернулся в Красноярск, где совсем недавно стал советником директора “Сокола” Дениса Луговика. Корреспондент сетевого издания Gornovosti.ru Павел Катцын встретился с Александром Семиным и получил ответы на все заданные вопросы.

— Есть какая-то область, за которую конкретно отвечаешь в клубе?

— Пока обсуждаем общие вопросы. Если говорить о конкретике, то дальше видно будет.

— Тебе это интересно?

— Конечно. Хоккей — это моё, я всю жизнь в игре.

— Я именно про должность советника директора “Сокола”. Мне кажется, с твоим опытом, знаниями и именем это не совсем то?

— Всему своё время. В хоккей тоже не сразу в сборной начинают играть. И здесь всё должно быть постепенно.

— При этом ты до сих пор действующий хоккеист.

— Пока об окончании карьеры не объявлял. Но всё же понятно. Уже будет сложно вернуться. Скоро, думаю, объявлю.

— Уверен, в нынешней КХЛ и тем более ВХЛ был бы на хорошем счету и после перерыва.

— Мне-то это зачем? Когда ты хоккеист, на что-то иное совсем не остаётся времени. Семью мало видишь. А сейчас мне хочется больше времени проводить рядом с близкими.

— У тебя двое сыновей. Как у них с хоккеем?

— Старший занимается, младший пока нет. Саша сразу взял клюшку в руки, у Дани не было такой тяги.

— Потенциал можно оценить?

— Да ну. Шесть лет всего, ещё рано. Я на коньки встал в пять. Особо не помню, но вряд ли тогда чем-то выделялся. Может, когда уже уехал в Челябинск, там во мне увидели потенциал. А так играл и в хоккей с мячом, и в футбол. Везде получалось вроде. Хоккей выбрал в первую очередь потому, что папа был игроком, потом тренером. Да и как-то больше к нему душа лежала.

— Как ты оказался в Челябинске?

— Александр Степанович Глазков пригласил. Они с отцом играли вместе. Глазков тогда возглавлял команду “Трактора” 1984 года рождения.

— Как чувствовал себя вдали от дома?

— Я до этого в Тюмень на год ездил, опыт был, поэтому адаптировался быстро. Мама рядом всегда со мной была, с этим повезло. Да и было понимание, что останься в Красноярске, неизвестно бы, стал хоккеистом или нет. А в Челябинске появился шанс.

— За “Трактор” ты играл в высшей лиге, а в элитном дивизионе дебютировал в “Ладе” у Петра Воробьёва. У него своеобразная репутация очень жёсткого человека и тренера, при этом проблем с Петром Ильичом у тебя не возникало.

— У нас прекрасные отношения, до сих пор созваниваемся, общаемся.

— Но ведь ты не воробьёвского типа игрок. Не рабочая лошадка, скорее творец.

— В то время носился туда-сюда по площадке. Отрабатывал. А что касается творчества, Пётр Ильич никогда не запрещал импровизации в атаке. Почему-то о нём так думают, но это неверно. Воробьёву категорически не нравилось, когда игрок, способный сыграть в пас, просто вбрасывал шайбу в зону.

— Почему-то сейчас наш хоккей упорно идёт именно по этому пути, всё стараются играть проще. Как думаешь, почему?

— У каждого тренера своё видение, но с них требуют результат. Поэтому игра упрощается. Никто не хочет играть зрелищно, и при этом проигрывать. Сейчас постепенно переходят на маленькие площадки. Большинство игроков привыкло, когда много льда, есть, где развернуться и время подумать. На маленькой площадке всё гораздо быстрее. Но у неё много своих плюсов. Обыграл одного соперника. И ты уже у ворот. Какие-то сборные ставят на индивидуальные качества лидеров, кто-то играет через пас. Вариантов множество.

— КХЛ тебе интересно смотреть?

— Смотрю плей-офф. Первое время, как ушёл из “Витязя”, вообще не включал. Не могу сказать, что устал от хоккея, от него устать невозможно. Но как-то не складывалось.

— За “Соколом” следил в этом сезоне?

— Да, ходил на игры.

— Он показал максимум или мог выступить лучше?

— У “Сокола” главная задача выйти в плей-офф. Когда это получается, мне кажется, появляется какая-то самоуспокоенность. Надо настраивать игроков на максимум. Это и психологически помогает. Плюс болельщиков больше будет на матчах, если их команда стремится к самым высоким местам и всегда старается играть на победу. Вспоминаю, как было в Вашингтоне. Когда туда приехал, “Кэпиталз” была одной из слабейших команд во всей НХЛ. И зрителей ходило мало. Хотя тогда в Вашингтоне играли Яромир Ягр, Сергей Гончар, Петер Бондра и другие звёзды. Потом стали чаще побеждать, и болельщики заполняли арену под завязку.

— Квебек-2008. Этот чемпионат мира забыть невозможно. Признаюсь, что на тот момент ваша победа над Канадой в финале стала для меня самым счастливым событием в жизни. Это главный турнир для тебя?

— До чемпионата мира мне часто задавали вопрос, что я больше хочу выиграть — Олимпиаду или Кубок Стэнли. А я почему-то отвечал: “Чемпионат мира”. В итоге напророчил его себе. Тот турнир был особенный, в год столетия хоккея проводился в Канаде. Составы были сильные. Чаще всего вспоминают финал с Канадой, но ведь и до него у нас очень хорошие игры получались. Весь чемпионат прилично провели.

— Александр Овечкин и Сергей Фёдоров, с которыми ты играл в Квебеке и в “Кэпиталз”, лучшие партнёры в карьере?

— Наверное, да, на том чемпионате хорошо получалось у нас. Хотя со многими классными хоккеистами играл. С Овечкиным в Вашингтоне выходили в тройке с Никласом Бэкстремом, тоже взаимопонимание было на уровне.

— Что ты чувствовал, когда вы выиграли звание чемпионов мира для России после 15-летнего перерыва?

— Если честно, тогда каких-то особых эмоций, кроме сумасшедшей радости, не ощущал. Не было осознания, что столько лет не выигрывали, к примеру. С годами приходит ощущения важности момента, но тогда молодые были, всё переживалось гораздо проще. Казалось, что впереди ещё много финалов и побед. Когда в Вашингтон перешёл Виктор Козлов, то нам с Овечкиным говорил, чтобы ценили каждое мгновение в хоккее, что 10 лет незаметно пролетят. Мы слушали, но особо не понимали, о чём он. А оказалось, что и правда пролетели, глазом моргнуть не успел. Уже в “Витязе” играл, пересеклись с Козловым, и я сказал ему, что он был прав. Умение ценить по-настоящему то, что имеешь, приходит с возрастом.

— В 2012-м ты ещё раз стал чемпионом мира. Победа в Квебеке значимее второго титула?

— Не то что значимее — эмоции другие были. Мы приехали тогда после плей-офф буквально на три дня. Да и атмосфера была другая вокруг турнира. Всё-таки в Канаде она особенная. Там все живут хоккеем.

— Сейчас, вспоминая финал с Канадой, почти все говорят об Илье Ковальчуке, который сравнял счёт и забросил в овертайме победную шайбу. Но ведь и ты тогда сделал дубль, причём второй гол вышел просто космическим. Не обидно?

— Вообще внимания на это не обращаю, кто и что там говорит. Никакой зависти. Сделал всё что мог для команды и знаю об этом. Расстраиваться, что кого-то хвалят больше тебя, глупо.

— После победы в Квебеке казалось, что на Олимпиаде 2010 года в Ванкувере Россия — фаворит. Но всё закончилось печально, разгромом от Канады в четвертьфинале. Это стало серьёзным ударом?

— Сильным разочарованием, скорее. Я стараюсь не зацикливаться на неудачах. Раз проиграли — значит, заслужили. Зачем этим душу себе выворачивать. Считаю, что мы тогда психологически перегорели прежде всего. Все на себя непохожи были. А канадцы дома играли, они летали по льду, мы оказались к этому не готовы.

— Перед Сочи Россия уже не была главным фаворитом, но поражение в 1/4 финала от финнов стало огромным разочарованием для всей страны. Почему так вышло? Нашёл для себя ответ?

— Я его и не искал. Зачем? Каждая игра, проигранная или выигранная — это уже прошлое. Невозможно жить, если постоянно об этом думать. Повторюсь, я не зацикливаюсь на неудачах. У меня с детства так. Прошла игра — всё хорошее из неё беру с собой и иду дальше, а всё плохое оставляю за спиной.

— Многие специалисты хоккея говорили, что ты один из самых талантливых игроков своего поколения, но свой потенциал до конца не реализовал. Согласен?

— Можно долго рассказывать, что не получилось и почему, какие проблемы со здоровьем были и так далее. Но кому это интересно? Рад тому, как прошла моя карьера. Не вижу смысла искать какие-то причины для оправданий и прочего.

— Ты много лет провёл рядом с Овечкиным и на льду, и вне его. Сейчас весь хоккейный мир следит, побьёт ли он рекорд Уэйна Гретцки по голам. Твой прогноз?

— Важным станет следующий сезон. До Гретцки ещё далеко, догнать и обойти его будет реально тяжело, но это возможно. Если есть такой игрок, который способен побить рекорд Уэйна, то это Саша. Владелец “Кэпиталс” Тед Леонсис — очень хороший человек. Я уверен, что и он, и партнёры Овечкина сделают всё возможное, чтобы ему помочь.

— Вас с Овечкиным можно назвать друзьями?

— Да. Мы на связи.

— Овечкин же к тебе в гости в Красноярск приезжал. Хорошо погуляли тогда?

— Было дело. Совсем молодые же, энергия через край. Я этого совершенно не стыжусь. Кто не даёт себе поблажек в двадцать лет? Понятно, что с опытом приходит понимание, ты режимишь, следишь за своим состоянием. Но в 20 лет, когда сил немерено, кто на это обращает внимание?

— Как говорится, детскими болезнями лучше переболеть в детстве.

— Конечно. Это и хоккея касается, и жизни в общем. Чем раньше нагуляешься, тем лучше. Понимание всё равно приходит, правда, не ко всем. Но если человек не осознаёт, что в 35 уже нельзя вести себя как в 20, это только его проблемы.

— Отец был главным авторитетом для тебя?

— Да. Он всегда советовал, я слушал. С самого детства критиковал, хвалил редко. Не давал в небесах летать. Я тоже сыну буду подсказывать, если потребуется. Ведь всё это прошёл сам.

— Ты бы хотел, чтобы старший сын стал хоккеистом?

— Я бы хотел, чтобы он стал тем, кем сам захочет. Заставлять тренироваться точно не буду. Знаю, как бывает, когда родители силком тащат детей на лёд. В итоге ребята уже в 10–12 лет ненавидят и сам хоккей, и всё, что с ним связано.

— Родителей можно понять. Они мечтают, чтобы их сын стал богатым и успешным хоккеистом.

— Но большинство видят красивую картинку, а что внутри — мало кто знает или вообще не хотят думать об этом. Хоккей — это не только голы, слава, титулы и деньги. Это тяжелейшая работа и травмы, последствия которых будут с тобой всю жизнь. Невозможно заставить стать классным хоккеистом. Для этого должны сойтись очень много факторов, и желание самого пацана — один из главных.

— Есть мнение, что сейчас в России пропадают таланты, потому что хоккей — очень дорогой вид спорта. Им занимаются дети обеспеченных родителей, в том числе и которых заставляют. А те, кто реально хочет и может играть, остаются в стороне. Согласен?

— Согласен. Форма очень дорогая. Плюс её же менять нужно, дети растут. Часто на турниры команды ездят за счёт родителей. Ребёнок талантливый, а у семьи нет средств, чтобы отдать его в хоккей. Мы уже много потеряли, я думаю. И это не только моё мнение. Хотя говорят, что хоккей развивается. Но где тогда новые Овечкины, Малкины, Дацюки? Есть Кирилл Капризов, и больше с ходу и не назову. Матвей Мичков очень талантлив, но он ещё слишком молод, рано говорить о нём.

— Смотреть игру сборной России на последней Олимпиаде было сущей мукой. Мне кажется, она в отсутствие энхаэловцев показала истинное развитие нашего хоккея сейчас. У меня постоянно возникал вопрос: если это лучшие игроки России, то каковы все остальные?

— Я бы не сказал, что на Олимпиаде выступали слабые хоккеисты. Но любой игрок прежде всего выполняет тренерскую установку. У нас была чёткая нацеленность на результат, качество игры ушло на второй план. Уверен, что, если бы были составы их НХЛ, сборная показала бы другой хоккей. Не нужно забывать о давлении на ребят. Когда все ждут только первого места, это серьёзно напрягает. Здесь уже не до красоты игры, все мысли только о результате.

— Ты провёл “Соколе” целый сезон 2017–18. Тот состав был одним из сильнейших во всей лиге, но вы остановились в 1/4 финала. Почему?

— У Альметьевска тогда тоже хорошая команда была. Они хотели выиграть не меньше нашего, кто-то был должен уступить.

— После сезона в ВХЛ тяжело было возвращаться в КХЛ?

— Не особо. В ВХЛ много беготни, в КХЛ более системная игра. Так что адаптировался быстро.

— Ты играл вместе и против огромного числа выдающихся игроков. Назови лучших.

— Я думаю, Овечкина было бы банально называть. С ним и так всё ясно. Мне очень нравится Патрик Кейн. Чрезвычайно техничный хоккеист. Наблюдать за ним — удовольствие. Паша Дацюк — уникальный игрок. Назову ещё Александра Могильного. Против него не играл, но это выдающийся мастер. Ну и, конечно, следил за Павлом Буре. Это сейчас источников информации море, а когда был маленький, папа меня рано утром будил, и мы смотрели программу “Большой хоккей” про НХЛ. Тогда Буре зажигал там.

— Несколько лет назад ты сказал в интервью, что больше всего любишь мамины пельмени и сериал “Молодёжка”, а сейчас?

— По-прежнему мамины пельмени, это навсегда. Да и вообще любую еду, которую готовят мама или жена. А главное в моей жизни — это семья. Она всегда была на первом месте, даже когда в хоккей играл. Занимался любимым делом, получал за это хорошие деньги. В семье всё хорошо. Я при деле, жена тоже, дети растут и радуют, а когда собираемся все вместе — мы счастливы.

ДОСЬЕ

Александр СЁМИН

Заслуженный мастер спорта по хоккею

Родился 3 марта 1984 года в Красноярске.

Выступал за “Трактор” (Челябинск), “Ладу” (Тольятти), “Вашингтон Кэпиталз” (НХЛ), “Портленд Пайретс” (АХЛ), “Химик” (Мытищи), “Каролина Харрикейнз” (НХЛ), “Сокол” (Красноярск), “Торпедо” (Нижний Новгород), “Монреаль Канадиенс” (НХЛ), “Металлург” (Магнитогорск) и “Витязь” (Подольск).

Дважды выигрывал чемпионат мира в составе сборной России, по разу становился серебряным и бронзовым призёром. Участник Олимпийских игр 2010 и 2014 годов. Обладатель Кубка Гагарина в составе “Металлурга”.

Об отце

Выбрал хоккей, потому что папа играл в него. Он всегда советовал, я слушал. С самого детства критиковал, хвалил редко. Не давал в небесах летать. Я тоже сыну буду подсказывать, если потребуется. Ведь всё это прошёл сам.

О лучших игроках

Мне очень нравится Патрик Кейн. Чрезвычайно техничный хоккеист. Наблюдать за ним — удовольствие. Паша Дацюк — уникальный игрок. Назову ещё Александра Могильного. Ну и, конечно, следил за Павлом Буре.

О карьере

Можно долго рассказывать, что не получилось и почему, какие проблемы со здоровьем были и так далее. Но кому это интересно? Рад тому, как прошла моя карьера. Не вижу смысла искать какие-то причины для оправданий и прочего.

4
Комментарии (0)