Сеть саун СССВ

Анастасия Самойленко: «В «Енисее» самый дружный коллектив в карьере»

Анастасия Самойленко: «В «Енисее» самый дружный коллектив в карьере»


Карьера Анастасии Самойленко была похожа на сказку. В 2013 году она сходу стала одной из ключевых волейболисток сборной. В тот волшебный сезон Россия доминировала, а Самойленко была важнейшей частью коллектива-победителя. После пошли травмы, однако до Олимпиады в Рио-де-Жанейро Анастасия по-прежнему была одной из лучших блокирующих страны. После Бразилии Самойленко лишь периодически демонстрировала прежнюю форму, а остальное время боролась с травмами. В итоге Анастасия пропустила больше года и перед началом нынешнего чемпионата заключила контракт с красноярским «Енисеем», полная сил и желаний вернуться на высочайший уровень.

— У «Енисея» длительная пауза без игр, не надоело только тренироваться?

— Пауза затянулась, играть хочется, но тренироваться ни в коем случае не надоело. У меня был длительный перерыв без волейбола, и сейчас всё в радость.

— Отсутствие официальных матчей до 12 декабря – это хорошо, поскольку появилось время для учебно-тренировочной работы, или плохо, ведь команда выбивается из игрового тонуса?

— Считаю, что в нашей ситуации это хорошо. Сергей Иванович Голотов пришёл по ходу сезона. У каждого тренера свои задумки и своё видение, вот сейчас как раз нарабатываем необходимое.

— Три матча подряд с фаворитами чемпионата «Енисей» провёл достойно. Дома Казани и вовсе навязал реальную борьбу за победу. Чего вам не хватило, чтобы выиграть в одном из этих поединков? Большая разница в классе или что-то иное?

— Думаю, что большая разница в мастерстве. Сложно сравнивать там, какие волейболистки играют, и какие у них задачи стоят и у нас. Не хватило мастерства всей команды. Это отразилось и на трудных мячах и на ошибках в простых ситуациях. Ну и главное, недостаток опыта. У нас много молодёжи, у которой всё впереди, она развивается и растёт, но сейчас в мастерстве фаворитам уступает.

— В своих прежних командах вы боролись за самые высокие места, задачи у «Енисея» более скромные. Как на вас повлияла такая смена обстановки?

— Я вообще рада, что вернулась в волейбол. Первая мысль была такая: « А получится ли вообще?». Во время паузы в карьере некоторые мне говорили, что я больше играть не буду. Вернулась, чтобы доказать всем, и самой себе, в первую очередь, что я ещё могу. Задачи и место в таблице – это очень важно. Все мы стремимся побеждать. И всё же для меня сейчас просто играть в волейбол – самое главное. Почти 20 лет я занимаюсь этим делом. Без игры, без эмоций, что она даёт, было очень тяжело. А сейчас я просто счастлива, что вновь в волейболе. Для меня в радость приносить пользу команде и добиваться любых задач.

— Что вы чувствовали, когда слышали, что больше в волейбол играть не будете?

— Сначала не придавала значения. Ведь столько случаев, когда человек возвращается после травмы или операции и хорошо играет. Потом со мной не очень хорошо поступали, непонятные ситуации возникали. Полтора сезона фактически потеряла, и начала всё сначала.

— Насколько ваше сегодняшнее состояние отличается от пикового?

—Достаточно сильно. Готова сейчас, наверное, процентов на 60 от лучшей формы.

— Всему виной этот простой?

— И это тоже. Есть другие моменты. Не с самого начала сезона была корректная нагрузка. Плюс непонятки в команде на старте чемпионата по поводу тренера и медицинской службы. Это всё очень важно и влияет на психологию и физическое состояние. Сейчас всё потихоньку приходит в норму, форма возвращается. Тренер даже это замечает.

— Видел, как Сергей Иванович ведёт себя в паузах. Со стороны это выглядит жёстко. В интервью на радио он сказал, что всё нормально, команда на него не обижается. Понятно, что все люди разные, кого-то мотивируют повышенные тона тренера, к кому-то надо обращаться спокойно. А как нужно с Вами?

— Для меня комфортнее и приятнее, когда мне спокойно объясняют. При этом, если я сразу не сделала, как надо, и на меня повысят голос, отреагирую нормально. Но если сразу начинают орать, у меня идёт отторжение. Я, конечно, выполню указание, с тренером пререкаться нельзя, но всем своим видом постараюсь выразить недовольство.

— Игра без зрителей. Что вы чувствуете, когда выходите на матч, а трибуны пусты и тишина?

— Это ужасно. Мы играли в Калининграде, там зрителей допустили. В Москву приехали, там тишина. Не спортивная обстановка. Тем более, когда играешь дома, то чувствуешь заряд от болельщиков, это очень помогает. Выходишь при пустых трибунах и думаешь: «Да что ж такое-то? Когда всё это закончится?». Где же нам ещё брать дополнительные силы и эмоции, как не от болельщиков. В равных матчах, когда всё идёт по грани, именно поддержка зрителей помогает добиться победы.

— С Казанью этого не хватило. Особенно в третьей партии.

— Ну да. Вроде бы всё шло хорошо, но потом травма Юлии Бровкиной. Мы немного просели и в этот момент поддержка болельщиков очень бы помогла. Возможно, сыграли бы лучше. Ведь соперник явно был не готов к такому нашему отчаянному сопротивлению. Плюс меня поставили в диагональ, что стало для них неожиданностью.

— Вам диагональной удобно играть?

— В первый раз это случилось. Было нелегко, но мне понравилось. Мне показалось, там намного проще играть, чем центральным блокирующим.

— В «Енисее» дружная команда?

— Да. Наверное, первый в моей жизни настолько сплоченная команда без подводных камней. Нет никаких недомолвок и неприязни. Такое бывает в женском коллективе, всё-таки столько времени находишься вместе. Здесь всё иначе. Большая радость находиться в такой команде.

— А лучшие подруги в мире волейбола есть?

— Ира Воронкова, Ксения Парубец, Аня Куприянова и Александра Пасынкова. С Воронковой нас вместе поселили перед Олимпиадой, мы подружились, стали, как сёстры. С Пасынковой общаемся с 2013 года, тоже сборная нас свела. С Аней ещё в высшей лиге вместе играли. Постоянно поддерживаем связь. В гости ездим друг к другу.

— У вас много совсем молодых девочек в составе. Дедовщина присутствует со стороны опытных игроков?

— Совсем нет такого. Я думаю, это осталось в прошлом, когда я сама только начинала в Высшей лиге, старшие игроки нас гоняли. А последние лет шесть такого явления, как дедовщина, нет. Я не сталкивалась. Мы все общаемся. Легко находим общий язык с молодёжью. Она щас достаточно продвинутая, интересная. Бывает, по современным тенденциям что-то спрашиваешь.

— Команда дружная, но, к примеру, на Вашу позицию 4 волейболистки, а места всего два. Вы с другими центральными блокирующими тоже дружите или всё-таки конкуренция превалирует?

— В этом плане всё хорошо. Из-за чего враждовать? Не мы же определяем, кто выйдет, а тренер. У меня лично никогда не было какой-то зависти к конкурентам по позиции. Ты сама доказываешь своё право находиться на площадке. Если ты достойна, тебя поставят, как иначе? Так что не из-за чего конфликтовать. Наоборот, поддерживаем друг друга. Это в индивидуальных видах спорта присутствует эгоизм, а у нас одна команда, мы друг за друга. Если кто-то не справляется, выходит другой, и это идёт на пользу игре.

— Юная Бровкина - талантливая волейболистка. Вы ей что-то подсказываете, ведь играли на таком уровне, о котором Юле пока приходится только мечтать?

— Когда спрашивает, конечно, подсказываю. Юля прогрессирует, набирается опыта, играет всё лучше, скоро мои советы будут ей совсем не нужны.

— Сколько по времени продолжались самые длительные сборы в Вашей карьере?

— Если не считать сборную, где мы по три месяца вместе проводили, то перед началом этого сезона в «Енисее» три недели готовились, можно сказать в изоляции.

— Три недели, женский коллектив, изоляция. На какой день вы начинаете ненавидеть друг друга?

— Нет такого. Мы же все адекватные, понимаем, что никуда от этого не деться. Надо готовиться. По крайней мере, у меня так, в душу каждой не залезешь. Я лёгкий человек в этом плане. Когда нас перед Олимпиадой поселили с Воронковой, мы друг друга плохо знали, один раз сильно разругались, пару дней ходили, дулись, потом помирились и стали не разлей вода.

— Ваши родители занимались баскетболом, почему же Вы выбрали волейбол?

— Мама играла за университет в Казани, папа занимался и баскетболом, и греблей, но непрофессионально. Сначала я выбрала баскетбол. После пары тренировок пришла домой и сказала, что мне не нравится. Там толкались сильно, бегать надо много, было тяжело. Мама не возражала. Потом год я вообще спортом не занималась, а в четвёртом классе пошла на волейбол к тренеру Марине Фёдоровне Давыдовой. Мне сразу понравилось, и с тех пор я в волейболе.

— Вы уже тогда высокой были?

— Да. Метр семьдесят примерно.

— Мы знаем, что дети в этом возрасте жестоки в отношении тех, кто от них отличается. Вам сильно доставалось за рост?

— Пока в Татарстане училась, всегда дразнили, сильно переживала, очень тяжело было. Хотя возможно, это мне и сил придало в спортивном плане. В 13 лет меня отправили в Уфу. В команду высшей лиги «Прометей», сейчас она называется «Уфимочка-УГНТУ». Там доучивалась 8-9 классы. Отношение было совсем другим. Когда узнавали, что играю в волейбол, хвалили, всегда поддерживали. Никто больше меня не дразнил.

— В каком возрасте поняли, что волейбол – это Ваша жизнь?

— После девятого класса пошла в техникум, но на учёбу времени было всё меньше, игры и тренировки шли чередой. Потом отправили в молодёжную сборную, там познакомилась с Ирой Заряжко, теперь она Королёва, с Катей Панковой. Подумала тогда: «Ничего себе, какой уровень». Та же Заряжко выглядела гораздо сильнее. И меня это мотивировало. Поняла, что хочу играть, хочу расти в мастерстве, и ни о чём, кроме волейбола, больше не думала.

— После классного дебютного сезона в Суперлиге с Уфой, вы перешли в «Омичку». Тогда она боролась за медали, но всё-таки уступала топ-клубам. Почему выбрали Омск?

— Там такая ситуация была. После сезона меня пригласили в «Омичку». Тогда это казалось отличным вариантом. Я подписала контракт. Чуть позже меня вызывают в сборную, что называется, для количества, пятым колесом в запасе. И тут я выстреливаю, становлюсь основным игроком. Пошли предложения из ведущих клубов, «Динамо» московское четыре раза к себе звало. Но контракт с «Омичкой» был подписан, и я отказывалась.

— Жалеете, что тогда перешли не в Москву, а в Омск. Чемпионкой России бы стали и не один раз?

— Вообще ни о чём не жалею. Я же сама выбирала. Верю, что всё ещё впереди. Самое главное, чтобы здоровья хватило.

— Можно ли назвать 2013 год самым успешным в карьере?

— На сегодняшний день – да. Я была на пике.

— Какой из турниров в составе сборной в том году запомнился больше всего?

— Гран-при особо не запомнилось. Потом была Универсиада в Казани. Это настоящий праздник. Родители приехали, впервые увидели меня в форме сборной. Плюс мы первое место выиграли. Тогда казалось, что всё происходящее вершина удовольствия. Но затем был ещё чемпионат Европы. И вот когда мы в финале с Германией выиграли решающее очко, меня накрыли невероятные эмоции, словами не передать. Просто всеобъемлющее счастье. Даже сейчас вспоминаешь, и закипает внутри. Та победа – самый значимый момент в карьере. Столько слёз радости пролили на пару с Сашей Пасынковой.

— На Универсиаде была хоть какая-то борьба или всех вынесли с закрытыми глазами?

— С Бразилией была настоящая борьба, оттуда слабых команд не бывает.

— Почему за Европу дали Мастера спорта международного класса, а не заслуженного?

— Это вообще за Универсиаду дали. Вроде надо чемпионат мира два раза выиграть, чтобы заслуженного получить.

— Интересно. Тема конечно пройденная, но всё же. В 2018 году футболистам, даже из глухого запаса сборной, дали заслуженных мастеров за выход в ¼ финала мундиаля. Это тогда всколыхнуло мир спорта. Выдающиеся волейболисты Дмитрий Мусэрский и Екатерина Гамова очень жёстко прошлись по такому решению. А Вы как к нему отнеслись?

— Я абсолютно поддерживала и поддерживаю мнение Дмитрия и Екатерины. Для меня вообще был шок. Столько спортсменов выигрывают медали чемпионатов мира и не раз, чтобы это звание получить, а тут четвертьфинал, и здрасьте. У нас такой результат провалом считается. Несправедливо, но с другой стороны это показало, как у нас относятся к футболу и всем остальным видам, к волейболу в том числе. Если сравнить с той же Италией, то там наш вид спорта – шоу, у него невероятная популярность. Всех игроков знают, любят. Если получают травмы, спортсменов холят и лелеют, чтобы они побыстрее восстановились и вновь вышли на свой уровень. У нас не так, к сожалению. Волейболистки - как расходный материал. Я поняла на себе. Не боюсь об этом говорить. Когда ты еле здоровый сражаешься за сборную, не лечишься, усугубляешь болячки, а потом о тебе просто забывают.

— Золото Европы 2013 года взяла новая сборная без Гамовой, без Любови Соколовой. Тогда казалось, что это чемпион на годы. Почему у той команды не получилось реализовать свой потенциал, ваше мнение?

—Игроками надо заниматься и в клубе, и в сборной. Получалось как, в клубе заботятся, приезжаешь в сборную, как бы ты себя не чувствовала, каких проблем и травм не было бы, должна играть и давать результат. Потом возвращаешься в клуб еле живая. Я и травму первую серьёзную получила, когда год без отдыха отыграла. Так вот, в клубе тебя, конечно, подлечат, но время приходит, только восстановишься более-менее, опять сборная и всё по кругу. Сейчас, насколько я знаю, девочкам дают отдохнуть, видимо поняли, что в таком режиме невозможно существовать, травмы неизбежны. Я не только на свой пример опираюсь, ситуации разные происходили. К кому-то лучше отношение, к кому-то хуже. Видимо, кого-то ценили больше.

— Олимпиада в Бразилии. Какие впечатления остались от неё?

— Не самые лучшие во всех смыслах. Я тогда мучилась с травмой. Играла через боль, толком не тренировалась, только на матчи выходила. Пропустила несколько турниров в сборной. В клубе меня подлечили, позаботились, спасибо Краснодару за это. И когда Олимпиада приближалась, я сама себе сказала: «Не хочу». В это сложно поверить, конечно. Ведь это турнир, на котором мечтают сыграть абсолютно все, а у меня: «Не хочу и всё». Опять без отпуска, опять без восстановления. Я думала, как буду дальше то играть, опять приеду больной в клуб, и там уже скажут, зачем она нам нужна. Кстати, дальше так и пошло, что Самойленко, вечно травмированная, что у неё постоянно что-то болит. Очень неприятно всё это было. Вернусь к Олимпиаде. Я, конечно, поехала, но внутренние ощущения были не самые лучшие. Озлобленность какая-то присутствовала. Плюс меня выпускали только тогда, когда команда проигрывала, чтобы догонять. Думала ещё, а что с самого начала то не поставить. Потом я узнала, что в федерации были недовольны, дескать, в клубе сезон отыгрываю, а от сборной отказываюсь. По ходу турнира всё-таки пришло осознание, что это Олимпиада, появились спортивная злость, настрой соответствующий. Закончилось всё плохо, конечно. На четвертьфинал с Сербией нас везли по странному маршруту. Бесконечные пробки, в автобусе переодевались, вышли без разминки фактически. Тренер наш стал переживать, нервничать. Мы проиграли без шансов, в первой партии и вовсе сербки нас разгромили. Первое время было большое разочарование, понимала, что мы были способны на большее. Со временем отболело. Я старалась действовать на максимуме, независимо от травмы. После Рио мой роман со сборной завершился. Следующий сезон отличным получился, на Кубке России лучшую блокирующую получила, а дальше все пошло наперекосяк. После Казани восстанавливалась от травмы сама, а потом пришло предложение от «Енисея».

— Сейчас мечты о сборной есть?

— Я объективна к себе. Прямо сейчас ничем национальной команде кардинально помочь не смогу. Надо полностью восстановиться, и физически, и эмоционально, все в «Енисее» мне в этом помогают, за что им большое спасибо.

- Совсем скоро Новый год. Для вас это просто ночь с декабря на январь или настоящий праздник?

— В этом году, пожалуй, это будет обычная ночь. А вообще для меня Новый год - семейный праздник, когда все собираются вместе и наслаждаются этой атмосферой.

- Что пожелаете себе в 2021 году?

— Хочу вернуться на тот уровень, на котором была. Это моя мечта. Иду к ней потихонечку. Очень благодарна «Енисею» за приглашение, надеюсь, мы все вместе выполним поставленные задачи. И тогда все будут счастливы.

0
Комментарии (0)